История и апологетика Сванидзе

Продолжая тему интервью с известным профессором ЮУрГУ, доктором исторических наук И.В. Сибиряковым, в которых затронуты проблемы истории, политики, состояния общества России, хотелось бы заострить внимание ещё на одном моменте. Профессор Сибиряков оценивает культурный и образовательный уровень нашего современного общества.

Журналист Светлана Симакова спрашивает профессора, возможно ли сейчас ограничить доступ к «лишней» информации в политических целях, ограничить свободу получения информации. Предположим, архивы закроют, но за период свободы слова уже написано много книг. Так их что, сжигать станут?

Профессор отвечает, что такое вполне возможно. Здесь есть о чём с ним поспорить, но сейчас не об этом. По мнению Сибирякова, эти книги всё равно все подряд не читали, не читают и читать не будут:

«Если говорить о книгах, то они, по большей части, остались профессионально сложными текстами. Круг тех, кто любит читать серьезную научную литературу, невелик. Ведь это таблицы, сноски, цитаты из документов… Много непонятных слов. Обычному человеку нравится лексика Александры Марининой – вот его стиль» (выделено мной — М.В.).

Обычные люди – это мы с Вами, читатель. Мы не станем читать архивы с таблицами, сносками, цитатами и непонятными словами. Зато книги Александры Марининой читаем от корки до корки.

Возможно, профессор утрирует, чтобы поднять проблему низкого культурного уровня российского общества. И чтобы стало понятно наконец: люди перестали интересоваться историей, перестали развиваться, перестали читать.

Трудно с этим спорить. В течение последних 25 лет культурный уровень наших соотечественников неуклонно снижается: это очевидно. Но во-первых, он снижается не только у «населения», но и у элиты (вспоминаются скандальные выходки в Государственной Думе, риторика известных блогеров, художественные произведения, например, И. Эппеля). И ведь он снижается не просто так: свою роль играют и культурная политика государства, и система образования (одно из произведений пресловутого Эппеля, содержащего сцены порнографии, планировалось в ходе реформы образования ввести в школьную программу по литературе). Но мне кажется, что есть более важная причина, по которой эти самые «простые люди» перестали интересоваться историей и вообще читать. Она не в падении их культурного уровня, а в том, что нет доверия к источникам информации. Книг по истории России в перестройку и после неё написано много. А вот эффект от прочтения таков, что читатель перестаёт любить свою историю, а заодно и свою страну и своих соотечественников. Это не случайно. И не потому, что книги написаны плохо, неинтересно, непрофессионально.

Тут другая проблема. Многие из этих книг являются информационным оружием, уничтожающим как раз этого самого читателя, его любовь к Отечеству и отечественной истории.

Как раз о таком оружии и спрашивает у Сибирякова журналист. С. Симакова задаёт вопрос, как же обывателю разобраться в истории:

– Значит, нужны исторические книги, например, Бориса Акунина?

– Я понимаю, почему Борис Акунин взялся за это. Абсолютно правильное решение! Вот так и надо писать историю – эмоционально, захватывающе, интересно и без политического надрыва (выделено мной — М.В.). Он умело подобрал интонацию, это та работа, которую профессиональные историки никогда сделать не смогут. Для этого историки должны встретиться с профессиональными литераторами. К сожалению, у нас таких творческих тандемов по сути дела нет. Но есть теперь книги Бориса Акунина, исторические хроники Николая Сванидзе. Жду, может быть, Дмитрий Быков сделает что-то подобное. Таких авторов должно быть много. Но такие книги не должны стоить дорого, они должны быть доступны широкому кругу читателей.

Представьте, читатель, что было бы, если бы мы изучали историю по произведениям Н.К. Сванидзе? Усилилось бы у нас желание изучать историю России? Или подождём историю в интерпретации Быкова?

Информационное оружие разрушает общество изнутри. Предлагать «обывателю» изучать историю по книгам Сванидзе – это то же самое, что в ситуации классической войны предложить своим соотечественникам без оружия выйти навстречу противнику, который безоружных гарантировано расстреляет.

Профессор Сибиряков прямо говорит об информационной войне. Вот как он высказался по вопросу войны на юго-востоке Украины:

«С этой точки зрения я очень болезненно воспринимаю то, что происходит сегодня с Украиной. Наши тележурналисты в эфире произнесли уже столько слов злобы и ненависти, что возобновить диалог будет очень тяжело. По сути дела, устами журналистов мы посеяли конфликт между двумя близкими этносами (выделено мной — М.В.). У нас очень непростая история взаимоотношений, но задача как раз образованной части общества – стараться минимизировать этот разрыв, искать то, что нас объединяет, а не то, что разъединяет. Блистателен был Евгений Гришковец, который недавно писал именно об этом. Политики от подобного конфликта получают дивиденды, журналисты тупо получают зарплату, но творческие люди должны быть осторожными, подбирать слова, чтобы не оскорбить чувств других людей…» (выделено мной — М.В.)

Когда журналисты произносят слова ненависти – это не просто какая-то глупость или безответственность. Это боевые действия в информационной войне. Сейчас такая война идёт. В информационном обществе она способна разрушить и это общество, и государство, и человеческие жизни. Это не первая информационно-психологическая война в истории человечества. Но, пожалуй, впервые наша страна принимает в ней участие не в качестве жертвы. И давать интервью, в которых ценность победы в Великой Отечественной войне ставится под сомнение и осуждается само понятие «подвиг», в сегодняшней ситуации – это как раз участвовать в информационно-психологической войне. Только на стороне врага.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Яндекс
Вы можете оставить комментарий, или ссылку на свою страницу.

3 комментария к записи “История и апологетика Сванидзе”

  1. Alexander:

    Надо сказать, что так называемая творческая интеллигенция очень часто играла далеко не лучшую роль и истории страны, и нынешнее её отношение к Победе — всего лишь показатель. Думаю, это происходило (и происходит) потому, что в эту интеллигенцию (не во всю, естественно, но в значительную её часть) было вложено больше усилий, чем было необходимо. Отсюда такое явное пренебрежительное отношение к собственным согражданам: я — историк, и я умею читать архивы, а вы — никто, потму что вы не умеете этого делать, и любую фразу, которую я скажу, вы должны принимать за чистую монету. Что такого знает уважаемый профессор, чего не знают другие (или не могут прочитать)? Какое открытие он сделал, какие новые документы нашёл? Чего добился в исторической науке? Рассуждать о гражданской войне на Украине и её причинах может любой, и основа — в экономике, а не в каких-то кознях журналистов и не в документах по Крыму 1954 года. Про Гришковца, коль он упомянут, могу сказать следующее: человеку, который не может разобраться с собственными психологическими проблемами и занят поисками «счастливого себя», кроме того, не может определиться, с кем он согласен и с кем не согласен, может быть, сначала стоит вникнуть в вопрос, не посвящая в свои размышления всю страну, а уже потом принять решение: всё-таки совершеннолетие его прошло достаточно давно, а до дряхлой старости ещё далеко.

  2. Александр Забачев:

    «…эффект от прочтения таков, что читатель перестаёт любить свою историю, а заодно и свою страну и своих соотечественников» — совершенно обоснованно отмечено. И опять в пример можно привести Украину, где за некоторое время сотворили с населением метаморфозы по превращению в агрессивных, ненавидящих, пробандеровских соседей как друг другу, так и России. А Сибиряков видимо хочет чтобы это повторилось у нас.

  3. Дмитрий Владимиров:

    Создается такое впечатление, что профессор путает свой предмет с беллетристикой. История не «пишется», потому что история — строгая исследовательская дисциплина, где каждый факт, каждое слово должны быть подкреплены ссылками на заслуживающие доверия источники или на исследования иных авторитетных ученых. Не понимаю, в чем в контексте, заданном интервью, разница между Марининой и Акуниным? Может быть только в том, что последний пишет «высоким штилем»? Акунин не более чем литератор-профи, удачливый стилист, подвязавшийся на ниве «осовременивания» классики. Что-то оригинальное своё ему написать не удалось. На фоне Марининой Акунин, конечно, смотрится лучше, но обоим этим авторам все равно место, если не на одной полке, то на соседних стеллажах книжного магазина, уж точно. Решил, что может стать историком, но, увы, Карамзина из Чхартишвили явно не получилось. Если И.В. Сибиряков в качестве положительного примера приводит «Историю Российского государства» Б.Акунина, то извините, друзья, это уже все границы переходит… Более смехотворной непрофессиональной и пафосной попытки переиначить историю России, я лично на своем веку не видел. Эта галиматья разобрана здесь http://nstarikov.ru/club/34663. Спасибо, кто-то сделал работу, не у всякого на такой разбор хватит душевных сил. От комментариев по поводу Сванидзе и Быкова хотелось бы воздержаться, настолько эти фамилии одиозны. Этих славных деятелей, вздумай они взяться за перо, срочно нужно будет занять каким-либо иным видом деятельности, например, разведением пчел или выпиливанием лобзиком, но только не «писать историю»…

Оставить комментарий